Две девушки в строгих платьях, с аккуратными значками на лацканах, остановились у калитки. Они пришли по долгу службы — нести слово своей веры. Дверь открыл мужчина в домашнем кардигане, с мягкой улыбкой. Мистер Рид. Он выглядел совершенно обычным, даже скучноватым соседом. Пригласил войти, сказал, что жена на кухне — готовит что-то сладкое к чаю, и она скоро выйдет. В гостиной пахло кофе и старой древесиной.
Но что-то было не так. Тишина в доме казалась слишком густой, плотной. Ни звука с кухни, ни шагов. Одна из девушек, та, что постарше, украдкой взглянула в приоткрытую дверь в коридор — там было темно и пусто. Вежливо отказаться от чая и уйти не получалось: хозяин уже расставлял чашки, его движения были плавными, но в них чувствовалась какая-то железная уверенность. Попытка вежливо откланяться наткнулась на мягкий, но непререкаемый отказ. Дверь в прихожую, которую они только что миновали, теперь была прикрыта — не полностью, но достаточно, чтобы путь к отступлению уже не казался простым.
И тогда стало ясно — пирога не будет. Будет что-то другое. Тишина в доме была не мирной, а выжидающей. Испытание, которое им приготовили, не имело ничего общего со священными книгами, которые они держали в руках. Оно было куда древнее и страшнее.
Комментарии